< br~6 2~Zen
Как не нарваться на мошенников, отдав им последние деньги? Что делать, когда тебя называют жирной, распространяют самые грязные сплетни, оскорбляют как «чурку и гастарбайтера» и устраивают встреча с вами? Одна из самых ярких спортсменок России Елизавета Худайбердиева пришла на шоу «В двух словах» и перевернула фигурное катание наизнанку.
И впервые откровенно рассказала о своем разводе.
< br>
«Я была совсем неопытной девочкой»
— Лиза, ты могла бы выйти замуж за фигуриста?
< br>
— Чтобы выйти замуж за фигуриста, его сначала надо полюбить, и в этом нет ничего плохого. Парни, которые катаются на коньках, классные, офигенные друзья. Но лично мне было бы тяжело существовать в фигурном катании и дома, и на работе.
— И в принципе какие черты в мужчинах вас привлекают?
— Умение слушать и умение разговаривать. Второе даже важнее. Я очень чуткий человек. Если я вступаю в близкие отношения с мужчиной, мне важно, чтобы он не стеснялся меня, не пытался казаться лучше, чем он есть, был честен и делился своим опытом.
В идеале, чтобы он меня вдохновлял. У меня нет особых запросов по внешности. Есть несколько друзей, для которых важно, чтобы парень был ростом не ниже 180 сантиметров. Мне неважно, что он какой-то неописуемый красавец, Тимоти Шаламе или что-то в этом роде. Главное — харизма и чувство юмора. Я сама по себе смешная и простая. Я девушка из восточной семьи, и хотя меня воспитывали независимой, в серьезных отношениях я готова доверять мужчине.
— Брак и развод изменили тебя?
— Я скажу так: если бы у меня была возможность отмотать все назад, я бы Делай все так же. И я бы вышла за этого человека (бывший муж Лизы — журналист и продюсер Кирилл Благов — прим. ред.). Я ни о чем не жалею, я стала взрослой и мудрее. Я была совсем неопытной девчонкой. Развод дал мне понять, что в этой жизни ничего нельзя планировать.
— Есть некоторые невысказанные вещи о вашем разводе. Вы не сказали ни одного плохого слова о своем бывшем муже, но все равно, по какой-то причине, вы развелись, и кто-то видит в этом неискренность.
— Все знают, что у меня самые лучшие отношения с Кириллом, и я должна учитывать его чувства, когда что-то говорю. Я имела право рекламировать свадьбу, отношения, а потом и развод. Когда вы искренне транслируете всем, как вы счастливы — а мы действительно были счастливы — найдется тот, кто будет рад вашему расставанию. И еще очень важная вещь: девушки, никогда не говорите плохо о своих бывших! Не унижайте себя, ведь это вы его выбрали, вы были с ним. Я могу что-то сказать своим подругам на кухне, когда я эмоциональна, но никогда на публичной арене.
У нас (у меня и Кирилла) было ужасное с обеих сторон, когда мы делали друг другу плохие вещи и не могли с этим справиться. Но было и много хорошего, гораздо больше. Я никогда не буду к нему равнодушна, я, наверное, всегда буду любить его как человека, потому что у нас действительно были серьезные отношения. Мы не поженились ради забавы, мы поженились на эйфории. Мы жили вместе и были семьей, и я всегда говорю, что мне искренне жаль, что у нас не получилось.
«Негодяи обещали сделать из меня олимпийского чемпиона»
— Вы одним из первых открыто заговорили о расстройствах пищевого поведения в фигурном катании и признались, что у вас булимия. Каковы ваши отношения со своим телом и едой сейчас?
— Думаю, можно сказать, что у меня ремиссия. Я забочусь о себе, чтобы поддерживать эти здоровые отношения с едой. , потому что полностью избавиться от расстройства пищевого поведения невозможно.
— Вы сознательно выбрали быть своего рода рупором проблем в фигурном катании?
— Я просто говорю все как есть. Я думаю, что моя цель — помогать, делать мир лучше.
В фигурном катании много проблем. У подростков нет связи с начальством и возможности влиять на какие-то важные решения. Считается, что эту должность должен занимать тренер, но нет, не должен. Тренировать должен тренер. Я хочу отойти от представления, что тренер — это и парикмахер, и визажист, и психолог, и мама с папой. Например, я понимаю, что не готова быть тренером именно по этой причине — всю жизнь жить в режиме спортсменов и справляться с этим. В фигурном катании нет какой-то структуры, которая бы вникала в повседневную жизнь спортсменов. Наверное, это то, что я хотел бы сделать.
— Мы хотели бы пойти в менеджмент? В федерацию?
— Нас пока никто не приглашает в федерацию с распростертыми объятиями. Возможно, нам нужно как-то проявить свою инициативу, чтобы молодое поколение ее не боялось.
Сейчас есть поколение девочек и мальчиков, которые не существуют в парадигме «я страдала — и ты страдай». Они думают: «я страдала и не хочу, чтобы кто-то пережил хотя бы часть того, что пережила я». Это хорошая риторика, я думаю.
< br>
— А что бы вы хотели изменить глобально?
— Начнем с детского спорта. Кто его регулирует, непонятно, ведь федерация занимается сборной, а чтобы попасть в сборную, нужно быть 13-летним, встав на коньки хотя бы в 5 лет. А эти 8 лет — это серая зона. Сколько было этих негодяев, на которых мои родители тратили деньги! Которые говорили: «Ваша дочь станет олимпийской чемпионкой». И это до сих пор существует.
— Тренер-негодяй обещает всем сделать из их дочери олимпийскую чемпионку?
— Да. До 13 лет у меня было огромное количество тренеров, которые были моими помощниками. И я сменила много групп. Как только они начинали говорить: «Ваша дочь ленивая, поэтому она ничего не может», мои родители тут же забирали меня из группы.
— Дайте совет мамам фигуристов, как распознать ленивого тренера.
— Слушайте своих детей, разговаривайте с ними. Нравится им с вами заниматься или нет. Если вам сразу обещают золотые горы — бегите. Если говорят, что ваш ребенок бездарен — бегите. Это вообще самый страшный страх. Вы выходите с конька, глаза в пол, вас ругают: да, она ничего не делает, она кривая, она толстая. А бедные родители смотрят и думают: да, тренер всегда прав. Мои мама и папа долго так думали и только потом поняли, что тренер не всегда прав и что они тоже имеют право с чем-то не соглашаться.
— Тебя и правда толстой называли? ?
— Конечно, и чем я исключение? ? Кстати, не обязательно иметь лишний вес, чтобы о тебе так говорили. Я была жилистой и сильной, мои родители были такими — коренастыми. Они были пухленькими, когда я была маленькой. Папа похудел на 40 килограммов, когда я пришла домой в слезах: тренеры шутили про моих толстых родителей. Ему было так больно, что он начал терять вес.
— Не пошла бить тренеров в лицо?
— А почему? Это шутка. Ну, это правда. Мама тоже была полной, сейчас похудела на 40 кг, выглядит шикарно, красавица. Им это помогло. Они будут жить дольше, чувствовать себя лучше.
— Как тренер может привести спортсмена в форму, не унижая его?
— Объясните. Я очень редко видел детей с избыточным весом. Просто у многих людей в 8 лет появляется небольшая дистрофия из-за частых занятий спортом, а я был визуально крупнее по сравнению с ними, но не толстым. Но из-за того, что тренер сказал моей маме: «Через 4 года она будет твоего размера», я всю жизнь с этим борюсь. А у моей мамы всю жизнь были комплексы.
— На какие симптомы родителям следует обращать внимание, чтобы уберечь своих детей от расстройств пищевого поведения?
— В интересе к калориям нет ничего плохого, но стоит насторожиться, если девочка часто говорит, что не хочет есть, если конфеты, жвачки и драже, по всей видимости, подавляют ее аппетит, если она боится есть мясо и салаты на семейном застолье или вообще избегает таких мероприятий. Если она ест только сладкое. Часто девочки съедают в день кусочек торта, шоколадку и кофе — и все. Они говорят, что им так проще, потому что вроде бы позволяют себе сладкое. И они ничего другого не едят.
«Чего ты стоишь там, нахал? Давай назначим свидание!»
— Ты сказал, что в фигурном катании нет друзей. Но есть враги?, которым ты бы не пожал руку.
— Враги? Я даже не знаю, мы не в компьютерной игре, это не бизнес, чтобы делиться с кем-то. Есть люди, которых я не уважаю. Меня воспитали так, что я здороваюсь со всеми. Но если я не уважаю человека, я поздороваюсь и не буду с ним разговаривать. Но их очень мало.
— Почему ты меня не уважаешь?
— За какие-то поступки. Я очень честный, спокойно воспринимаю критику, могу извиниться перед кем-то. У меня нет проблем в общении с людьми. Я не понимаю людей, которые пытаются быть моими друзьями — и ладно, они говорят обо мне плохо — говорите, что хотите — но говорить то, чего не было, распространять сплетни… Ты терпишь это один, два, три раза, а потом понимаешь, что всё, всё.
— Какая самая грязная сплетня, которую о тебе распускали?
— Что мне сделали какие-то хирургические вмешательства. Нет, не пластическую операцию, а что-то другое. И мне пятнадцать. Ну почему? Это грязно.
— Зачем люди это делают? Это не помогает им продвигаться в спорте.
— Не знаю, может быть, это потребность самоутвердиться. И самое странное, что это мужчины.
— Сталкивались ли вы с физическим насилием в своей карьере??
— Нет. Когда я была маленькой, были истории про порезанные платья, стекло в коньках и все такое. И даже тогда это казалось какой-то сказкой из 90-х, а потом о — находишь гвозди в коньках.
— Из-за такого можно было подраться?
— Когда я вижу насилие вокруг себя, я могу. Так было. На чемпионате мира среди юниоров в 2015 году одна девочка выступила плохо, была очень расстроена и немного выпила. Ей нравился мальчик, и она ему тоже нравилась. Возможно, она не могла пойти в свою комнату спать и явно чего-то не хотела. Ей еще не было 18, а мальчику уже было. А когда узнал, что он ее куда-то увез, и она уже «не в своем уме», взял двух парней покрепче и они пошли с ним разбираться. К счастью, ничего не произошло, ему просто объяснили, что так делать нельзя.
— А ты сам дрался?
— В школе, когда меня обозвали болваном и гастарбайтером. Я спросил у того мальчика: вы что, только так и общаетесь? Он говорит: «Давай проведём собрание!» «Ты же с девчонкой драться будешь?» «Ну чего ты стоишь такой наглый?» Мне-то ничего не сказали — и я тут же бью их в нос. Я вообще очень неконфликтный человек.
— Насколько распространена проблема, что молодые спортсмены спускают тормоза и сходят с ума на соревнованиях?
— Сейчас с этим стало намного лучше. Ребята стали более осознанными. Алкоголя стало меньше, а часто и вообще нет. После соревнований все сидят в своих комнатах и слушают музыку на умеренной громкости. Знают, что если будет громко, то придет администрация и пожалуется в федерацию — зачем это нужно? Давайте просто посидим. Давайте поиграем в мафию или во что-нибудь еще. Раньше — да. Старшие дети ломали стены, выбрасывали телевизоры из окон и вызывали полицию.
— С чем связаны эти изменения?? Новое поколение больше ориентировано на результат?
— Мне кажется, они этого не делают просто потому, что не считают это крутым.
— И даже исходя из нашумевших «Слова пацана» никто не хотел повторять что-то подобное?
— Нет. К тому же, сериал не показал особой романтизации.
— И ты не обсуждала с отцом тонкости жизни в 90-х?
— Тогда не с папой — с мамой. Моя мама была очень красивой женщиной в городе Мытищи в 90-е. И знаете, сколько там было бандитов! Ее подругу, которая была любовницей криминального авторитета, просто расстреляли. Было много разного. У первого мужа моей мамы и брата моего отца была трагическая судьба. Когда я смотрела сериал, мне было очень плохо. После смерти Айгуль я больше не смогла его смотреть, только финальную серию. Очень мощно снята последняя сцена, где показывают лица этих ребят и пишут, что со всеми ними стало через несколько лет.
«Моя жизнь точно будет счастливой без фигурного катания»
— В последнее время вы выкладываете много фотографий с Леной Ильиных. Вас можно назвать друзьями?
— Она моя мама (смеётся). Мы родственные души. Похожие истории, одни и те же матери, одни и те же травмы. Я с ней консультируюсь по многим вопросам, отправляю отрывки танцев. Не могу сказать, что мы на связи каждый день, но когда встречаемся, то можем залипнуть на 40 часов без перерыва. Мы не спим, мы разговариваем. Это моё на энергетическом уровне.
— Судя по её рассказам, её сейчас очень вдохновляет жизнь без фигурного катания вообще. Можете себе это представить?
— Ну, моя жизнь определенно была бы счастливой без фигурного катания. Не в том смысле, что я им недовольна, просто это не фундаментальная часть моего счастья.
— Мы могли бы выйти замуж за кого-нибудь вроде Полунина? Ультра-творческий человек с хулиганским прошлым.
— Сергей — абсолютный гений, а гении — это очень сложно. Ими нужно вдохновляться, быть благодарным судьбе за встречу с ними, а вот жить… Может быть, я бы смог. Я не про Сергея, конечно, а абстрактно о творческой личности. Несмотря на свой имидж, на то, что я такой яркий и все такое, я бы спокойно отнесся к идее уйти в тень.
— Благодаря этому вдохновению от него Лена сейчас реализует себя в балете.
— Она тоже гений в своей области. Олимпийскими чемпионами просто так не становятся. Они с Никитой Кацалаповым были одним из лучших российских танцевальных дуэтов. И Сергей увидел в Лене ее индивидуальность, ее искру, насколько Лена звезда. Увидел, узнал и захотел быть с ней. И сказал ей: «Ты звезда, свети!»
— И вот они тебе сказали?
— Что я звезда? Да. Это здорово. Это действительно повышает уверенность в себе.
— Насколько в твоей картине счастливой жизни есть место семье, браку и детям??
— Работа, самореализация — это все здорово, но для меня это не самое главное. Я очень хочу семью и детей. Я меньше хочу жениться, потому что у меня есть опыт. Ну, я никогда не хотел выходить замуж, просто это все как-то взаимосвязано.
— А у тебя спортивные амбиции?
— Если бы мне было неинтересно фигурное катание и оно мне не было нужно, я бы перестала им заниматься, знаете сколько лет назад? Если бы у меня не было любви к нему, желания создать свои, спортивных амбиций, я бы бросила.
— Отсутствие международных соревнований — сильный удар по мотивации?
— Иногда это накатывает. Недавно у меня случился нервный срыв, так сказать. Но в целом я уже смирилась с тем, что этого может и не произойти. Никогда.
— Если у вас все-таки будет дочь, которая очень хочет заниматься танцами на льду, а не сын, которого нужно отдать на бокс, что вы ей скажете??
— Ну, во-первых, я сойду с ума. Но если она захочет этого до истерики, и я позабочусь, чтобы она жила ради этого, я не буду ей запрещать. Мне придется быть очень вовлеченной. Потому что мои родители, например, многого не знали, я им не рассказывала.
— Это хорошо или плохо?
— Это хорошо для них.
— То есть, если бы они всё знали, ты бы не существовала как фигуристка?
— Из Конечно.
— Да, какой-то свод правил типа «не доверяй, не бойся, не спрашивай», которым ты бы ее вооружил, когда открыл ей ворота на лед?
— Самое главное, я бы хотел, чтобы у нас были доверительные отношения. Если что-то случилось, чтобы она подошла и сказала мне. А правила… Никогда не делай того, чего не хочешь. Никогда не думай, что ты кому-то что-то должен. И как только тебе перестанет нравиться то, что ты делаешь, прекращай это делать. Но, честно говоря, я очень надеюсь, что мои дети не захотят заниматься фигурным катанием. Я не выдержу этого второй раз.