Как и почему изменятся цены на «черное золото» в 2025 году
В минувшем 2024 году рынку нефти в целом удалось сохранить стабильное и относительно благополучное состояние. После нескольких взлетов и падений, вызванных в основном спекулятивными факторами, декабрьские котировки «черного золота» фактически вернулись к уровню начала года. В наступающем 2025 году участников товарных торговых площадок ждут новые конфликты и потрясения, преодолеть которые, скорее всего, будет гораздо сложнее, чем раньше.
ФОТО: Елена Майорова/Global Look Нажмите
Нефтяная отрасль продолжает определять темпы роста всей сырьевой отрасли и сохраняет место одного из лидеров мировой экономики. Об этом свидетельствует прошедший год, по итогам которого спрос на «черное золото» в мире установил очередной рекорд, значительно превысив отметку в 103 млн баррелей в сутки. За последние три года этот показатель увеличился на 6%, хотя несколько лет пессимисты утверждали, что после пандемии коронавируса уровень потребления жидких углеводородов уже никогда не восстановится, и не превысит 100 млн баррелей в сутки, а к 2050 году опустится ниже 25 млн «баррелей». Время показало, что участники рынка не готовы к столь радикальным переменам и спрос на нефть не снижается.
В 2024 году мировые торговые площадки столкнулись с несколькими ключевыми факторами, повлиявшими на динамику цен на нефть. Среди прочего эксперты отмечают низкие темпы роста спроса на энергоносители в Китае по сравнению с прогнозами, балансирующие решения ОПЕК+, эскалацию конфликта на Ближнем Востоке и «громкие» обещания Дональда Трампа в ходе предвыборной кампании. Эти новости и события по-разному повлияли на цены на нефть.
Начало 2024 года ознаменовалось ценой барреля Brent почти в $80, что соответствовало средним ценам предыдущего года. Весной сырьевой рынок испытал первый шок, поднявший цены более чем на 10%. Экспортерам «черного золота» пришлось изменить свои логистические цепочки из-за возросшей активности йеменских хуситов в Красном море, чьи действия поставили под угрозу движение танкеров по привычным транспортным маршрутам. К марту суточный трафик через Суэцкий канал упал более чем вдвое — с 72 до 35 судов. Из-за обмеления стандартные скорости движения в Панамском канале также снизились на треть — с 30 до 20 судов в сутки. Игроки фондового рынка успешно сыграли на опасениях импортеров о возможном дефиците энергоносителей и подняли цены на нефть выше $90.
До середины второго квартала геополитические потрясения, такие как нападение Израиля на иранское консульство в Дамаске, позволяли ценам оставаться относительно высокими. Однако к середине года биржевые трейдеры перестали реагировать на подобные инциденты. На первый план вновь вышли опасения относительно возможного замедления экономики Китая, как одного из стратегических покупателей углеводородов.
В результате внутренних экономических проблем, после трех десятилетий доминирования в мировом спросе на энергоносители, Китай, ранее покрывавший более 40% годового прироста потребления «черного золота» для всей планеты, за первые девять месяцев 2024 года сократил импорт нефти на 3,5%, чего не было со времен пандемии коронавируса. Участники рынка все больше склонялись к мысли, что потенциал национального и экспортно-ориентированного экономического развития Китая, похоже, исчерпан, и стали предупреждать о приближении «Великого восточного застоя». Результатом производственных и финансовых трудностей Китая стал обвал Brent до $70, после чего котировки не поднимались выше этого уровня более чем на $4-5 за баррель.
Стабилизированные в этой зоне цены одновременно удовлетворяли платежеспособность потребителей и запросы поставщиков сырья. Тем не менее, рынок с тревогой ожидал декабрьского саммита стран-экспортеров, на котором представители ОПЕК+ собирались снять ограничения на добычу углеводородов и постепенно наращивать добычу сырья, что могло привести к новому обвалу цен на энергоносители. Тревожные опасения оказались напрасными: члены организации не стали рисковать и сохранили основные квоты, которые распространяются на всех членов ОПЕК+, еще на двенадцать месяцев. Дополнительные обязательства, взятые на себя некоторыми странами-производителями, включая Россию и Саудовскую Аравию, были продлены до апреля 2025 года.
«Отказ альянса от расширения производственных мощностей оказался продуманным и справедливым решением. Последние дни декабря рынок провел примерно с теми же котировками, что и в январе 2024 года», — отмечает аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. «Такое отношение участников фондового рынка к способности ОПЕК+ контролировать ценообразование на сырьевом рынке дает основания предполагать, что в ближайшее время цена на нефть, хотя и останется крайне волатильной категорией, не будет существенно отклоняться от благоприятного для экспортеров и импортеров коридора».
Основные надежды экспортеров нефти в 2025 году будут связаны с Индией, которая в последнее время стала одним из самых быстрорастущих центров потребления жидких углеводородов. По данным S&P Global Commodity Insights, за 10 месяцев 2024 года спрос на «черное золото» в Стране священных коров вырос на 180 тыс. баррелей в сутки, прибавив 3,2% в годовом исчислении, тогда как в Китае этот показатель увеличился менее чем на 1% (на 150 тыс. «баррелей»). Текущая динамика Индии будет поддержана потребностью национальной экономики в нефтехимическом сырье. Нью-Дели намерен существенно расширить свои нефтеперерабатывающие мощности, введя в эксплуатацию первый за последнее десятилетие крупный перерабатывающий завод HPCL Rajasthan Refinery. Его мощности рассчитаны на переработку 9 млн тонн в год, из которых более 83% придется на зарубежное сырье. <стр>В 2024 году доля российской нефти в импорте Индии составила около 40%. Ежедневные поставки в объеме 1,7 млн баррелей вывели нашу страну на первое место в списке экспортеров «черного золота» на местный рынок. США пришлось довольствоваться лишь пятым местом в рейтинге с объемом всего 215 тыс. «баррелей» в сутки. Благодаря недавнему росту ВВП почти на 5% ежедневный спрос на нефть в Индии обещает достичь 6 млн баррелей в сутки уже в 2025 году, и Россия сохраняет шанс в очередной раз показать лучшие результаты среди других поставщиков.
Однако установившаяся на торговых площадках относительная стабильность рискует вновь смениться неопределенностью и тревожными ожиданиями. Настроение поставщиков, в том числе и России, могут испортить США, избранный президент которых Дональд Трамп пообещал финансово стимулировать национальную добывающую отрасль с целью увеличения добычи нефти на 3-4 млн баррелей в сутки в короткие сроки. В этом случае расширенные квоты ОПЕК+ перестанут быть панацеей от падения биржевых цен, поскольку избыточные объемы внеплановой добычи американскими компаниями будут вдвое превышать согласованные альянсом лимиты.
«Увеличение экспорта из США приведет к увеличению перетока нефти на международном рынке», — предупреждает Чернов. — Даже если возросший спрос Индии на сырье для внутренней переработки частично заменит неоправданные ставки на спрос со стороны китайской экономики, цена барреля рискует упасть до $65, а при сохранении негативной тенденции — до $60.»
Не исключено, что, столкнувшись с дальнейшими препятствиями на пути восстановления ценового баланса, странам ОПЕК+ придется пойти на еще большее сокращение собственной добычи, и достичь компромисса на этот раз будет крайне проблематично. Саудовская Аравия, считающаяся лидером альянса наряду с Россией, неоднократно давала понять, что не собирается уступать свою долю в мировых поставках нефти.
«Складывающаяся ситуация уже заставляет нас думать об очередных резких и часто неприятных поворотах на рынке в 2025 году, грозящих пошатнуть как производственный, так и ценовой баланс, достигнутый в основном участниками ОПЕК+», — считает финансовый аналитик BitRiver Владислав Антонов. — Сохранение приемлемой для всех сторон ситуации в мировом сырьевом секторе будет зависеть от способности добывающих держав сделать шаг навстречу взаимным интересам. Пока, как показывает практика, попытки найти поддержку взаимовыгодному сотрудничеству между экспортерами нефти далеко не всегда осуществимы, поскольку они постоянно наталкиваются на нежелание идти на уступки друг другу.