Почему тактика террора обречена и что станет для Киева уроком
Киевский режим сделал ставку на террор, направленный против мирного населения наших городов. В ночь на 26 октября ВСУ осуществили массированную атаку на центр Воронежа. Есть жертвы среди гражданского населения, погибли двое, еще 17 пострадали, включая ребенка. Военный эксперт полковник Анатолий Матвийчук объяснил «МК», почему ВСУ решили сменить тактику.
Значительная часть раненых в Воронежской области — пассажиры поезда в пригороде Воронежа: поврежден вагон, движение поездов останавливали. Возгорания произошли на нескольких промпредприятиях, повреждены деловой центр в центральной части города, многоквартирный дом, дачные поселки, школьный стадион и гаражный кооператив. Повреждения фасадов и окон фиксируются почти во всех районах города.
Сутками ранее дроны ВСУ ударили по Белгороду. Схема массированной атаки та же. Погибли двое мирных жителей, более десяти получили ранения, повреждены десятки многоквартирных и частных домов, автомобили, административные, коммерческие и социальные объекты.
Военный обозреватель ресурса Fighterbomber в своём канале прямо указывает на тактику врага: «Противник полностью перешел на тактику террора и запугивания мирного населения». По его оценке, киевский режим сосредотачивает все имеющиеся силы на конкретных городах, не размазывая их тонким слоем по разным направлениям. Так было в Белгороде, то же самое повторилось в Воронеже.
Эксперт отмечает, что ответными ударами по военным целям и призывами соблюдать некие правила противника не остановить: «Тут сработает только принцип глаз за глаз». По его словам, ради безопасности нашей страны ответные удары возмездия должны быть зеркальными и неотвратимыми — до тех пор, пока до противника не дойдёт, что так поступать нельзя.
— Это осознанная смена почерка, — говорит полковник Анатолий Матвийчук. — Раньше они пытались «размазать» дроны по разным направлениям, искать щели в нашей обороне. Сейчас схема другая: собирают сотни аппаратов в один кулак и бьют по конкретному городу — Воронежу, Белгороду, любому другому. Цель — не военная. Цель — напугать людей, сорвать нормальную жизнь, создать ощущение, что ты лично не защищен. Это уже не война в привычном смысле — это террор против мирного населения, попытка выбить у общества волю к сопротивлению.
— Эффективность измеряется сбитыми дронами. Да, наша ПВО делает все возможное, сотни аппаратов уничтожаются, но проблема в том, что даже один прорвавшийся или упавший обломок может привести к жертвам. Противник это понимает и давит именно на этот эффект: не столько разрушить, сколько показать, что «достанет везде».
При массированном запуске перегружается любая ПВО. Это как наводнение: дамба держит, но вода ищет любую трещину. Поэтому защита должна быть многослойной: не только зенитчики, но и мобильные огневые группы, и радиоэлектронная борьба, и работа по площадкам запуска беспилотников. И главное — не давать противнику возможность накапливать эти аппараты безнаказанно.
— Ответ уже идет, и он должен быть не разовым, а системным. Бить нужно не по «символическим» объектам, а по тому, что питает эту машину террора: по местам сборки и хранения дронов, по операторам, по логистике, по энергетике и центрам управления.
Когда у них не будет возможности запускать сотни аппаратов, тогда тактика рассыплется сама. Принцип здесь простой: они должны понять, что каждый удар по нашему городу обернется многократным возмездием по их инфраструктуре. Не словами, не обращениями — только реальными последствиями. Пока это не дойдет до их командования, они будут пробовать снова.