Самая титулованная спортсменка в истории художественной гимнастики Анастасия Близнюк мечтала выступить на своей четвертой Олимпиаде, но поехала в Париж тренером китайской сборной, с которой завоевала очередное золото. В интервью «Спорту» она рассказала об особенностях работы в Китае, уроках Ирины Винер и влиянии футбольных генов.
— Какой у вас был статус в сборной Китая?
— Мы работали вместе с главным тренером Сунь Даном. Руководил тренировочным процессом, мог дать несколько советов.
— В команде был специальный хореограф?
— Хореографию мы делали вместе с Сунь Даном. За основу мы взяли национальную музыку и национальные традиции. Конечно, у Сунь Дана в этом плане больше возможностей, но и я прониклась китайским стилем. Упражнение с обручами мы ставили вместе под современную музыку.
~ 
— Можно ли сказать, что в Китае вы работали по записям Ирины? Wiener?
— Пожалуй, это возможно. Ведь за время, проведенное в сборной России, я научилась всему, чему только можно в художественной гимнастике. Я работала со многими тренерами, но Ирина Александровна — необычный наставник. В ней есть то, чего я не замечала ни в ком другом. Она может выбрать совершенно непримечательную девочку, на которую никто не рассчитывает, и сделать из нее чемпионку.
Работая с Винер, ты учишься не только профессиональным вещам, но и жизни. У меня нет такого опыта и авторитета, как у Ирины Александровны. Конечно, я видела, как девочки работают с оборудованием, насколько они психологически устойчивы. Но гарантировать, что мои ученики станут олимпийскими чемпионками, я в принципе никому не могла. Я просто работал — и результат превзошел ожидания.
— Эта команда часто приезжала в Россию перед Олимпиадой?
— Никогда.
— Российские гимнастки, ставшие олимпийскими чемпионками, утверждали: больше работать на тренировках невозможно. Правда ли, что китаянки работают еще больше?
< br>
— Они много тренируются, но не могу сказать, что больше, чем мы до Олимпиады в Токио. В среднем в Китае нормой считается 8-10 часов в день. Только в России мы могли в один день работать до изнеможения, а на следующий день Ирина Александровна быстро прерывала тренировку и говорила: «Все хорошо, отдыхай, лечись, занимайся личной жизнью». В Китае так не бывает. Даже если девочки все делают идеально, они не уйдут из зала. Они получат новое задание от своих тренеров и выполнят его. И тренеры не уйдут, пока тренировка не закончится.
— Перед Олимпиадой в Токио одни и те же программы отрабатывали две сборные России, из которых потом собрали одну.
— Сначала действительно готовились две команды, молодая и опытная. Их даже готовили разные тренеры в разных городах. Ситуация осложнилась еще и тем, что начался карантин, связанный с COVID-19. Отборочные соревнования проходили онлайн, после чего Ирина Александровна объединила девушек из двух команд. Получился микс. В ходе подготовки часть молодых девушек выбыла. Сначала олимпийская сборная опытных гимнасток состояла только из меня и Ангелины Шкатовой. Затем к ним присоединились еще две олимпийские чемпионки Рио — Анастасия Максимова и Анастасия Татарева.
— Многие считают, что чемпионами должны были стать именно вы, а не болгарская команда.
— Прежде всего, хочу сказать, что я с большим уважением отношусь к болгарским гимнасткам и искренне поздравила их с победой в Токио. Я горжусь серебряной медалью, которую завоевала на своей третьей Олимпиаде. То, что эта медаль не была золотой, никак не повлияло на мою жизнь. Наш вид спорта очень субъективен, и чтобы наверняка победить, нужно быть на несколько голов сильнее своих соперниц. После выступления на Олимпиаде, услышав высокую оценку от Ирины Александровны, я сразу успокоилась и больше не волновалась. Хотя некоторые девочки все еще волнуются.
— Как в Китае чествовали первых в истории страны олимпийских чемпионок по художественной гимнастике?
— В аэропорту нас встретило огромное количество фанатов, меня даже заслонили от фанатов и быстро посадили в автобус. Даже не дали возможности раздать автографы и сделать селфи, как в России.
— Тренеров наградили автомобилями и денежными призами?
— Не знаю, как насчет китайских тренеров, я еще не приехал. Даже не знаю, будут ли вообще какие-то награды. Но для меня главное — увидеть результаты своей работы.
— Сможет ли китайская сборная стать многолетним лидером в групповых упражнениях и составить конкуренцию россиянам после их возвращения?
— Из золотой команды точно останутся две молодые девушки. Опытное трио, выступавшее в Токио, под вопросом. Удержаться на вершине всегда сложнее, чем на нее подняться. Я не буду говорить о возможной конкуренции между российскими и китайскими гимнастками.
— А условия тренировок китайских и российских гимнасток можно сравнить?
— Я первые полгода после приезда жила в Шанхае, а олимпийская тренировочная база китайской сборной находится в Пекине. Залы роскошные, восемь ковров, высокие потолки. Условия проживания, скажем так, скромные. Они не идут ни в какое сравнение с теми, что создает для своих девочек Ирина Винер. В России также есть лучшие в мире залы для художественной гимнастики.
— Став тренером олимпийских чемпионок, мы окончательно определились с будущей профессией?
— Я понимаю, что художественная гимнастика никогда не уйдет из моей жизни. Хотя, когда я выступала, я не видела себя тренером. Теперь я понимаю, что мне нужно поделиться тем богатством знаний и навыков, которые я накопил за время своей спортивной карьеры.
— У вас и у нынешнего лидера сборной России Лалы Крамаренко отцы — футбольные вратари. А вот отец Алины Кабаевой был полузащитником ташкентского «Пахтакора». Футбольные гены как-то способствуют успеху в художественной гимнастике??
— Наверное, в моем случае больше проявились гены моей мамы. Она мастер спорта по художественной гимнастике. Хотя я всегда очень хорошо ловила мячи. Однажды на соревнованиях наш хореограф Люси Димитрова даже похвалила меня: «Ты поймала мяч, как футбольный вратарь!» Для нее было новостью, что мой папа был футбольным вратарем.